Главная Галерея История Культура МУЗЕЙ Общество Отдых Политика Природа Происшествия Спорт Экономика ВЫСОЦКИЙ «ИСКРЫ» БИБЛИОТЕЧКА «1Ф» КОНТАКТЫ
Реклама
[14.07.1991]   «ДВЕ СУДЬБЫ МОИ — КРИВАЯ ДА НЕЛЕГКАЯ»

Газета «Каретный ряд», № 14 (43), июль, 1991 г.

 

 

 

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии и др.). Газета «Каретный Ряд», № 13 (43), июль 1991 г. Памяти В. Высоцкого: «ДВЕ СУДЬБЫ МОИ — КРИВАЯ ДА НЕЛЕГКАЯ». Сайт универсальной городской газеты «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор», г. Одинцово, Одинцовский район. Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова....Уходит обратно

на нас

поредевшая

рота.

Что было — неважно,

а важен

лишь взорванный

форт.

Мне хочется верить,

что грубая

наша

работа

Вам дарит возможность

беспошлинно

видеть

восход.

   В. ВЫСОЦКИЙ

 

   Фото И. БАХТИНА

   Публикуется впервые

 

 

   Цитатник «КР»

 

   «Русские живут исключительно впечатлениями и мыслями текущего момента. То, что они вчера чувствовали и думали, сегодня для них более не существует. Их настоящее настроение порой уничтожает в них самое воспоминание об их прежних взглядах... Все разом рушится, все: образы, помыслы, страсти, верования, все здание, для большинства русских верхом счастья является постоянная смена декораций».

 

   Морис Палеолог, 20 февраля 191б г.

 

 

х х х

 

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии и др.). Газета «Каретный Ряд», № 13 (43), июль 1991 г., фото Игоря Бахтина. Памяти В. Высоцкого: «ДВЕ СУДЬБЫ МОИ — КРИВАЯ ДА НЕЛЕГКАЯ». Сайт универсальной городской газеты «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор», г. Одинцово, Одинцовский район. Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова.Мосты сгорели, углубились броды,

И тесно — видим только черепа,

И перекрыты выходы и входы,

И путь один — туда, куда толпа.

 

И парами коней, привыкших к цугу,

Наглядно доказав, как тесен мир,

Толпа идет по замкнутому кругу.

И круг велик, и сбит ориентир.

 

Течет под дождь попавшая

палитра.

Врываются галопы в полонез,

Нет запахов, цветов, тонов

и ритмов,

И кислород из воздуха исчез.

 

Ничье безумье или вдохновенье

Круговращенье это не прервет.

 

Не есть ли это — вечное движенье,

Тот самый бесконечный путь

            вперед?

 

   В. ВЫСОЦКИЙ

 

 

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии и др.). Газета «Каретный Ряд», № 13 (43), июль 1991 г. Памяти В. Высоцкого: «ДВЕ СУДЬБЫ МОИ — КРИВАЯ ДА НЕЛЕГКАЯ». Сайт универсальной городской газеты «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор», г. Одинцово, Одинцовский район. Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова.ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии и др.). Газета «Каретный Ряд», № 13 (43), июль 1991 г. Памяти В. Высоцкого: «ДВЕ СУДЬБЫ МОИ — КРИВАЯ ДА НЕЛЕГКАЯ». Сайт универсальной городской газеты «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор», г. Одинцово, Одинцовский район. Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова. 

 

   ПАМЯТИ В. ВЫСОЦКОГО

 

   «ДВЕ СУДЬБЫ МОИ — КРИВАЯ ДА НЕЛЕГКАЯ»

 

   Вл. Высоцкий: «Да зачем вам факты моей биографии? Кому это интересно: родился, жил... В моей жизни были другие моменты, которые были для меня гораздо важнее».

 

   Что имел в виду поэт — людей или какие-то события, останется его тайной. Сегодня, 25 июля, в день его смерти, мы решили: пусть о Володе расскажут его друзья. Втайне надеясь, что их воспоминания, может быть, и есть те «моменты», которые были для Высоцкого «гораздо важнее» «фактов биографии».

 

 

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии и др.). Газета «Каретный Ряд», № 13 (43), июль 1991 г., фото Игоря Бахтина. Памяти В. Высоцкого: «ДВЕ СУДЬБЫ МОИ — КРИВАЯ ДА НЕЛЕГКАЯ». Сайт универсальной городской газеты «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор», г. Одинцово, Одинцовский район. Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова.   Этот снимок, как и тот, что публикуется на первой полосе нашей газеты, сделан Игорем Бахтиным на улице Москвина в БКП. БКП — Большой Коршевский Подвал по улице Москвина, дом 8 — был тогда местом встреч журналистов окрестных редакций с актерами и учеными. Но чаще всего собирались просто взаимоприятные люди. И потому состав их был непредсказуем.

 

   В тот день Владимир был немножечко грустный. Рейтинг «взаимоприятия» у Высоцкого был тогда очень высок. Мы встречались с ним на Дальнем Востоке и на Черном море, в Доме журналистов и студенческих клубах. Вряд ли тогда осознавали масштаб его личности. Скорее — чувствовали. Да и весь образ его, который рождался из песен, был, по-моему, жестче и энергичнее, чем реальный характер — чуткий, очень живой и столь же ранимый.

 

   На вопрос, где осталось его хорошее настроение, он не ответил. А сказал, что «покажет» новую песню. И спел про жирафа, которому видней. Песня известная. Но так, как она звучала тогда, — ни в одной из записей аналога с тех пор слышал. Не лучше, не хуже — иначе.

 

   Сейчас, когда собраны почти все стихи и песни Высоцкого, остро осознаешь, что можно восстановить «портрет личности». Но не саму личность. Владимир Высоцкий в песнях своих «показывал» не только сюжет, смысл, но и конкретный день, час бытия.

 

   Послушайте сегодня Александра Градского. Поймите его, пока не поздно. Только на холсте роза цветет круглый год.

 

   С. Моховой

 

 

   «На Большой Каретной»...

 

   Михаил Туманишвили: «Основной состав нашей компании на Большой Каретной в конце 60-х — это Лева Кочарян, у которого мы собирались в трехкомнатной квартире, Толя Утевский, Артур Макаров, Юра Гладков, Володя Высоцкий, Олег Савосин. Это был наш родной дом, куда мы могли прийти когда угодно и с кем угодно.

 

   В конце 1961 года меня пригласили пробоваться в картину «713-й просит посадку». В этой же картине пробовался и Володя. Мы оба претендовали на одну роль морского пехотинца. И Володя был утвержден. На съемку надо было ехать в Ленинград, и я пришел на вокзал проводить его. В одном вагоне с ним ехала очень красивая девушка. А в то время ни одну симпатичную девушку оставить без внимания мы просто не могли. Я говорю Володе: «Ты эту девушку потом обязательно приведи к нам». И он: «Обязательно приведу!» А сам женился на ней, — там же, в Ленинграде! Это была Люся Абрамова, которая снималась в этом фильме.

 

 

   Туманность Андромеды

 

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии и др.). Газета «Каретный Ряд», № 13 (43), июль 1991 г. Памяти В. Высоцкого: «ДВЕ СУДЬБЫ МОИ — КРИВАЯ ДА НЕЛЕГКАЯ». Сайт универсальной городской газеты «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор», г. Одинцово, Одинцовский район. Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова.   1964 год. Зима. Глубокой ночью я вдруг проснулся. Мне показалось, что чем-то кинули в окно. Падал пушистый снег. Абсолютная тишина... И на засыпанной улице около машины стояла фигурка в шапке-ушанке, также засыпанная снегом. Это был Володя. Увидев меня в окне, протяжно продекламировал: «Мишаня, я легоньким снежочком бросил в стеклышко, чтобы не разбить тебе окно. Я из Ленинграда приехал. У тебя нет пятерочки?»

 

   У меня тогда ночевал один из братьев Савосиных и еще кто-то. На всех у нас была одна пятерка — до зарплаты. Естественно, она перешла к Володе. Он моментально купил бутылку водки — у таксистов в то время была такая цена — и поднялся. Потом он заставил всех лечь спать, а сам сел за стол. Утром он нам спел две песни. Одну прекрасно помню — это песня про китайцев. Тогда появилось и четверостишие про меня: «Туманная туманность Андромеды, Туманов Мишка тоже весь в тумане. Но несмотря на горести и беды, всегда найдет он пять рублей в кармане».

 

 

   «Штрафные батальоны»

 

   Совершенно неожиданно в ноябре 1963 года мы с Володей отправились в длительную поездку по Сибири. У нас что-то не клеилось дома, и мы грустили по поводу «поломанных» жизней в буфете Театра киноактера. К нам подходит незнакомый мужчина и с ходу предлагает поехать в концертную поездку. И мы, долго не думая, согласились. Авантюрное начало в нас тогда было очень сильным.

 

   Мы вылетели под самый Новый год. И добирались до Томска трое суток, садясь из-за нелетной погоды на всех возможных аэродромах. До отлета у меня было в кармане тридцать рублей, а у Володи — трешник. Но все деньги мы просадили в ресторане Внуково, ни на минуту не сомневаясь, что в Томске станем обеспеченными людьми. Нас спасли итальянские сувениры, чудом оказавшиеся у меня с собой, которые Володя дарил стюардессам все трое суток. За это они нас подкармливали в гостиницах, куда нас определяли ночевать. А в Новосибирске мы подружились с одним военным. Он летел в отпуск из Германии и вез с собой десятилитровую канистру спирта. Конечно, от нее ничего не осталось...

 

   В общем, мы прилетели в Томск небритые, заросшие и совершенно потерянные для искусства! Нас долго отмачивали, отпаривали и отмывали. Уже на следующий день мы выступали: придумывали на ходу какие-то хохмы и веселили друг друга со страшной силой. Мы получали огромное удовольствие, и, думаю, зрители тоже.

 

   Однажды из-за какой-то задолженности к нам приехал директор калмыцкой филармонии, от которой мы выступали. Суровый такой мужчина, прошедший всю войну в штрафных батальонах. И вот за столом Володя спел ему свои «Штрафные батальоны» и «Мне этот бой не забыть нипочем». Я тогда впервые увидел, как взрослый сильный человек может «сломаться» на Володиных песнях. Он просто сидел и плакал. Может быть, он пошел на какое-нибудь служебное нарушение, я не знаю, но он простил все долги нашему руководству.

 

   После «круиза» мы Володю немного одели-обули, и он стал готовиться к поступлению на Таганку. От нас он уехал в новом пальто и шапке поступать к Любимову — и поступил».

 

 

   «Ну сто я вам, небята, сказу»...

 

   Марина Добровольская: «Некоторые Володины рассказы записать было невозможно.

 

   В конце 50-х годов в нашу страну впервые приехал итальянский певец Марио Дель-Монако, которые пел вместе с Ириной Архиповой в «Паяцах». Один из первых рассказов Володи был о Дель-Монако от имени Сережи из Марьиной Рощи.

 

   «Ну, там в профкоме дани эти бинеты. Они зе сезьдесят нубней стоят! Ну, я это, Нюнке говоню... Я зе пенедовик, вобсе... Это зе сестой няд пантена! И как мы долзны выгнядеть! Ну, Нюнка после смены спать вобсе не стана, сназу в панихмахенскую... Ну, сени мы в сестой няд... Там, это... стемнено... Высен этот с паноской, пни панаде, весь в ченном... Тут, это... музычка, хоть пнась... Нюнка сназу захнапена, ну, понимаесь, она зе не спана... Ну, сто я вам, небята, сказу... Дель-Монака... Мона быть, он и певец. Мона быть, и итаньянский... Мона быть, я нисево не говоню. Но ведь нисево не понятно!»

 

 

   Жеглов на «мерседесе»

 

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии и др.). Газета «Каретный Ряд», № 13 (43), июль 1991 г. Памяти В. Высоцкого: «ДВЕ СУДЬБЫ МОИ — КРИВАЯ ДА НЕЛЕГКАЯ». Сайт универсальной городской газеты «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор», г. Одинцово, Одинцовский район. Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова.   Алексей Штурмин: «Снимался фильм «Место встречи изменить нельзя». Времени у Володи было очень мало, и ему приходилось ездить по Москве в костюме Жеглова. Представьте — в галифе, в коричневом пиджаке с орденом Боевого Красного Знамени и на... «мерседесе». Однажды мы заехали пообедать ко мне домой. Мама увидела Высоцкого в таком одеянии и спрашивает: «Володя, у вас орден!? Когда и за что вы успели его получить?» Мама вообще очень любила Володю.

 

   Никогда не забуду, как Володя подарил мне дубленку. Тогда я купил довольно дешево, за пять с половиной тысяч, свою первую машину «Жигули». Но для меня это была сумма! В общем, денег у меня совершенно не было. Я приехал к Володе похвастаться покупкой. А тут, как назло, закрывая капот машины, острым углом вырвал клок из куртки. И в таком виде, прикрывая дырку рукой, захожу к Володе. Со словами: «В такой мороз... в болоньевой куртке... Ты что, с ума сошел!» — достает из шкафа дубленку и начинает ее дарить. Я сопротивлялся изо всех сил, но если Володя что-то решил, то спорить было совершенно бесполезно. Этот Володин подарок до сих пор у меня».

 

 

   Лекарство из посольства

 

   Юрий Петрович Любимов: «Я очень болел, а жена с сыном были в Будапеште (моя жена — венгерка). Лежа с температурой за сорок в полубессознательном состоянии, слышу: кто-то настойчиво звонит в дверь. По стенке, по стенке долго-долго шел. Кое-как открыл дверь. Володя, увидев меня в таком состоянии, говорит: «Подождите! Я сейчас приеду!» Я даже не помню, сколько времени его не было.

 

   Оказывается, он на своей машине, мимо обалдевших милиционеров, въехал в американское посольство и достал там какой-то очень сильный антибиотик. Я пил лекарство каждые четыре часа. Через два дня температура спала».

 

 

   Случай на таможне

 

   Бабек Серуш: «Свой диск «Натянутый канат» с надписью «Первому из москвичей, первому из иранцев!» Володя подарил мне в Париже в 1974 году. Тогда он поразил меня своей любознательностью, умением схватывать суть. Володя интересовался моими делами, бизнесом — как это делается. И я видел, что ему действительно интересно. А как он рассказывал! Когда он заходил ко мне на работу в бюро и с ходу начинал что-нибудь рассказывать, — все бросали работу. Стоял такой хохот!..

 

   Один раз он помог пройти моему двоюродному брату через таможню. А дело было так. Одна организация выдала ему визу, а другая — не продлила. А мы уже взяли билеты и должны были лететь вместе. Об этом узнал Володя и так спокойно говорит: «А, ерунда!»

 

   Он прошел с нами через таможню, где его все знали, к пограничникам. Я подаю свой паспорт, у меня все в порядке. И тут Володя начал демонстративно меня обнимать. Пограничник его узнал и стал куда-то звонить по телефону. Пришли еще несколько офицеров. Володя у них спрашивает: «Откуда вы меня знаете? Что, я у вас концерт давал?», а сам толкает моего брата... А пограничник уже и не смотрит документы, ищет что-нибудь для автографа и, не глядя, ставит штамп. Одно присутствие Володи Высоцкого решило тогда то, что не могли решить две солидные организации.

 

 

    «Я вот такую же хочу!»

 

   Автомобили, конечно, были самой большой Володиной слабостью. Синий «мерседес» ему помог выбрать и купить в Мюнхене мой друг Роман Фрумзон. На этой машине они с Мариной поехали от меня в Кельн, потом в Париж. В следующий свой приезд в ФРГ он мне вдруг говорит: «Бабек, ты должен продать мне свою машину! Я хочу такую, как у тебя... Я вот такую же хочу!» Это был спортивный «мерседес» — его не так легко купить... А Володя долбил-долбил меня и все-таки уговорил. Этот второй коричневый «мерседес» после смерти Володи друзья привезли ко мне, и он долго стоял, пока его не забрала Марина.

 

 

    «Не могу там жить!»

 

    Однажды Володя приехал ко мне очень возбужденный — ему отказали в ОВИРе. Театр тогда должен был ехать в ГДР, а Высоцкий после хотел попасть во Францию. А теперь он даже не знал, что сказать Марине, и попросил меня ей позвонить. «У меня такое чувство, — сказал он тогда, — что они хотят, чтобы я там остался. Но я же не смогу там жить!» Он всегда очень боялся, когда уезжал за границу, что однажды его не пустят обратно в Союз. А на этот раз ему в ОВИРе сказали что-то вроде: «Вы так часто ездите, может быть, вам проще остаться?..» И он, конечно, был очень возмущен. Ведь он не мыслил себя без России, а его как будто даже подталкивали к этому.

 

 

    Посторонних — не было

 

    Валерий Нисанов: «С Высоцким я познакомился на Матвеевской, где Володя снимал квартиру. А в 1975 году мы с Володей стали соседями по дому и подъезду на Малой Грузинской улице: Володя жил на восьмом этаже, я — на десятом.

 

    Его дом никогда не был открытым домом для всех, как сейчас многие хотят представить. Он прекрасно понимал, кто есть кто. Да, Володя мог общаться с кем угодно. К нему мог прийти какой-нибудь министр, или появлялась женщина из Сибири, которая только что освободилась, или пионерский отряд — с горном и барабаном... Но это были случайные люди.

 

    Как-то Володя, зайдя ко мне, увидел на стене фотографию, где я был снят вместе с Левой Кочаряном. Володя остановился перед ней и долго-долго смотрел. И вдруг... у него началась истерика, самая настоящая. Что между ними когда-то произошло, я не знаю. Но с этого дня Володя почти каждый день бывал у меня, — два месяца мы практически не расставались.

 

 

     Последние дни

 

    На «Гамлете», который он сыграл последний раз 18 июля 1980 года, Володе вызывали «скорую помощь». Из дома в эти дни он выходил редко.

 

    В последнее время он часто мне говорил: «Нисанов, мне плохо! Мне плохо, Нисанов!» Он не находил себе места, стонал, метался по квартире. В голосе безумное страдание, а глаза серьезные, просто впивающиеся в тебя.

 

    Помню разговор на балконе, когда Володя вдруг стал рассказывать про своих друзей: «Артур Макаров... Вот ты его не знаешь, а он мой старый друг». В эти дни он несколько раз пытался найти его по телефону, хотел видеть. Вспоминал Леву Кочаряна, у которого он не был на похоронах, рассказывал про их дружбу.

 

    24 июля где-то до часу ночи у меня сидели Вадим Туманов, Сева Абдулов, Володя Шехтман, Валера Янклович... Около двух часов позвонил Федотов: «Принеси Володе немного шампанского». Я принес бутылку и поднялся к себе. Проснулся от звонка в дверь. Валерий Янклович сказал: «Володя умер».

 

   В большой комнате уже сидел Юрий Петрович Любимов. Он звонил Гришину, потом Андропову: можно ли хоронить Владимира Высоцкого из театра? Ведь он не был ни народным, ни заслуженным. Гришин ответил: хороните как хотите... хоть как национального героя...

 

    На следующий день мы поехали на Ваганьковское кладбище. Директор долго водил нас по окраинам... Потом Кобзон зашел с ним в кабинет — и мы получили это место».

 

 

   «Тебя хоронили, как будто ты гений...»

 

    Юрий Петрович Любимов: «25 июля в пять утра меня разбудил Давид Боровский и сказал, что Володя умер. Вопрос о похоронах решался на самом высоком уровне. Вначале был возмутительный приказ о ритуале похорон, на что я ответил, что выполнять его не буду. «Владимира будут хоронить его друзья! Вы же его травили!» Потом они проконсультировались и решили в этом вопросе уступить.

 

    Я уже говорил, что действительно стал уважать москвичей за то, как они проводили своего поэта в условиях закрытого города: шла Олимпиада. Стояла дикая жара и было совершенно необыкновенно, что люди не себя защищали от зноя зонтами, а цветы».

 

    Бабек Серуш: «У меня есть видеозапись похорон Володи. Во время съемок к моему сотруднику Джорджу Диматосу подошел генерал МВД и сказал, что снимать запрещено. Нас выручил Иосиф Кобзон. Он сказал тогда генералу: «И вам не стыдно, что я — еврей Кобзон — должен просить вас, чтобы эти люди могли снять похороны русского поэта!»

 

    Евгений Евтушенко: «Услышал о похоронах Володи запоздало по американскому радио, когда мы с друзьями на моторных лодках плыли в Монголии по Селенге... В декабре 1980 года я написал стихи «В продаже — Высоцкий». В последний момент Главлит снял целый кусок со слов «Тебя хоронили, как будто ты гений»... Редактор «Юности» мне сказал, что, по мнению шефа Главлита Романова, я отождествляю самого Высоцкого с каторжником и, следовательно, всю советскую систему с тюрьмой.

 

    Над моим столом висит последний подарок Володи — его фотография на станции Зима. Это был самый дорогой подарок, который он мог мне сделать».

 

    По материалам информационного бюллетеня «Вагант» Государственного культурного центра-музея В. С. Высоцкого материал подготовлен Ириной Афониной. Редакция благодарит З. И. Лихачеву за помощь в подготовке материала.

 

    «Дом Высоцкого на Таганке» расположен по адресу: Нижне-Таганский тупик, д. 3, кв. 2. Р/с 609743 в Таганском филиале Индустриального банка г. Москвы.

Тел.: 272-59-21; 272-06-00.

 

 

 

    «ВРЕМЯ КОЛОКОЛЬЧИКОВ»

 

     Последний концерт Высоцкого

 

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии и др.). Газета «Каретный Ряд», № 13 (43), июль 1991 г. Памяти В. Высоцкого: «ДВЕ СУДЬБЫ МОИ — КРИВАЯ ДА НЕЛЕГКАЯ». Сайт универсальной городской газеты «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор», г. Одинцово, Одинцовский район. Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова.    Похороны первого барда стали, по точному наблюдению А. Градского, его «последним концертом» и крупным событием в русской истории — фактически это была первая массовая политическая манифестация в Москве с 1927 года, когда троцкисты осмелились выйти на улицы против нарождающейся азиатской деспотии. Теперь деспотия клонилась к закату. И даже основательная «олимпийская» чистка Москвы, на улицах которой в июле 1980 было больше людей в форме (призванных со всего Союза), чем в штатском, не помешала огромной массе народа (по оценкам милиции, около 150 тыс. человек) собраться к театру на Таганке, чтобы проводить в последний путь своего народного поэта. Когда власть в оскорбительной форме отказала людям даже в этом (в праве попрощаться), кордоны МВД, КГБ и олимпийских голубых «дружинников» (специально для иностранцев в веселенькой униформе) были сметены, и огромную Таганскую площадь заполнило людское море. То тут, то там возникали схватки с милицией. Над эстакадой поднималось панно «Наш советский образ жизни», на которое забирались молодые люди, чтобы сверху видеть театр. Непонятно ради чего их стали оттуда ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии и др.). Газета «Каретный Ряд», № 13 (43), июль 1991 г. Памяти В. Высоцкого: «ДВЕ СУДЬБЫ МОИ — КРИВАЯ ДА НЕЛЕГКАЯ». Сайт универсальной городской газеты «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор», г. Одинцово, Одинцовский район. Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова.сбрасывать; наконец остался один простой мужичок пролетарского вида, он сидел в центре панно с бычком «Беломора» в зубах и его грязные ботинки приходились как раз на слово «советский». А с двух сторон к нему приближались мрачные серые фигуры с недвусмысленными намерениями. И тут вся площадь как по команде повернулась к этому панно и сказала «Не смей!». То есть кричали все разное, кто — «Опричники!», кто — «Позор!», кто — «Долой!», но получился такой мощный вопль 100-тысяче-голового существа, что серые фигуры замерли. Так и зафиксировалась на несколько секунд немая сцена: мужичок с «Беломором», две фигуры из Салтыкова-Щедрина с протянутыми к нему руками, и под всем этим безобразием надпись: «Наш советский образ жизни».

 

    Помню тех, кто стоял тогда плечом к плечу на площади: рабочий Леня Дубоссарский, художник-концептуалист Свен Гундлах, мастер путей со станции «Лихоборы» Сергей Семин, математик Женя Матусов...

 

    Это и была будущая аудитория рок-музыкантов 80-х.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Реклама
Главная   ::   Галерея   ::   История   ::   Культура   ::   МУЗЕЙ   ::   Общество   ::   Отдых   ::   Политика   ::   Природа   ::   Происшествия   ::   Спорт   ::   Экономика   ::   ВЫСОЦКИЙ   ::   «ИСКРЫ»   ::   БИБЛИОТЕЧКА «1Ф»   ::   КОНТАКТЫ   ::