Главная Галерея История Культура МУЗЕЙ Общество Отдых Политика Природа Происшествия Спорт Экономика ВЫСОЦКИЙ «ИСКРЫ» БИБЛИОТЕЧКА «1Ф» КОНТАКТЫ
Реклама
[15.05.1990]   ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ ГЕРОЙ В ПЕСНЯХ ВЛАДИМИРА ВЫСОЦКОГО

Газета «Менестрель» № 2 (44), май, 1990 г.

 

 

   Десять лет с нами нет Высоцкого. Десять лет мы продолжаем открывать Высоцкого...

 

 

   Д. Кастрель

 

   Положительный герой в песнях Владимира Высоцкого

 

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии, рисунки, экслибрисы и др.), Vladimir Vysocki. Газета «Менестрель», № 2 (44), май, 1990 г. Д. Кастрель «Положительный герой в песнях Владимира Высоцкого». Универсальная городская газета «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор». Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова. ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии, рисунки, экслибрисы и др.), Vladimir Vysocki. Газета «Менестрель», № 2 (44), май, 1990 г. Д. Кастрель «Положительный герой в песнях Владимира Высоцкого». Универсальная городская газета «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор». Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова.

 

  Положительный литературный герой в наше время — редкость. Тем более обращает на себя внимание исключительная привлекательность большинства из многочисленных героев песен Владимира Высоцкого. Эта особенность творчества стоит того, чтобы в ней разобраться.

 

  Обычно разговор о положительном герое возникает в связи с крупной формой: Татьяна Ларина, Григорий Добросклонов, Василий Теркин... Но по силам ли малой форме создать героя? Избегая схоластики, не будем давать общего ответа, а сосредоточимся только на работе Высоцкого. Тут прежде всего важен метод, которым поэт пользуется для обрисовки своего персонажа. Предыстория действующего лица дается либо предельно скупо, либо отсутствует вовсе. Пространство сюжета заполняет и исчерпывает ОДНА ситуации. Как правило, это критические, «надобрывные» обстоятельства, понуждающие к немедленному решению или поступку. «Этим решением (или поступком) узел ситуации тут же и развязывается (или разрубается). Вот модель песен с ролевым (подчеркиваю!) героем. Модель эта не есть изобретение Владимира Высоцкого (вспомним хотя бы «Из-за острова на стрежень»), но обращает внимание то, с каким постоянством поэт ее использует. Действительно, песне доступно представить лишь фрагмент биографии, но автор выбирает такие фрагменты, где в сжатом виде выявляется самый сущностный потенциал личности. Отсюда и полная достаточность характеристики персонажа.

 

  Но обобщается ли ПЕРСОНАЖ Высоцкого до ГЕРОЯ? Вопрос предполагает пристальный анализ идейного содержания и много субъективного в ответе. У Высоцкого, пожалуй, все же герои. Персонажами страну не покоришь. К этому же еще одно, может быть, третьестепенное соображение. Высоцкий писал ПЕСНИ, то есть произведения, к каждому из которых слушатель обращается гораздо чаще, чем к любой другой литературной форме, — чисто количественно. Из этого происходит более полное и тщательное вмещение персонажа в наше сознание, более пристальное внимание к нему; персонаж ТЕРРИТОРИАЛЬНО занимает место героя. Впрочем, это уже психология восприятия, а никак не литературоведение. Как бы то ни было, примем за исходный такой вывод: Высоцкий реализует возможности малой формы песни-баллады настолько полно, насколько это необходимо, во-первых, для создания полнокровного образа, во-вторых, для четкой обрисовки ценностных ориентиров своего героя (и, естественно, автора). Что и делает постановку проблемы положительного героя правомерной.

 

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ: газетные и журнальные публикации о жизни и творчестве (стихи, статьи, заметки, интервью, литературная критика, воспоминания, дневники, фотографии, рисунки, экслибрисы и др.), Vladimir Vysocki. Газета «Менестрель», № 2 (44), май, 1990 г. Д. Кастрель «Положительный герой в песнях Владимира Высоцкого». Универсальная городская газета «ОДИН ФАКТ. Одинцовский фактор». Сканирование и публикация — В. Белко, распознавание текста — Ю. Сова.  И второй момент, который следует оговорить, — разведение «ролевого» и «лирического» героев. Ясно, что они неразрывны. Хотя бы потому, что положительный герой по определению является носителем авторских идеалов. Но по тому же определению, авторский идеал раскрывается «в его конкретном носителе, в образе человека», отделенного от автора. В творчестве Высоцкого трудность разведения усугубляется не только манерой выражать через героя чисто авторские взгляды и переживания (например, в «Горизонте»), но и тем, что автор и «носитель» говорят одним голосом — в буквальном смысле. Не заглубляясь в дебри этой проблемы, решусь принять формальное, «рабочее», разделение: там, где монолог опосредован сдвигом в биографии, профессии, в условиях реализации характера, — там герой ролевой, «внешний». Таким образом, в «Горизонте», «Канатоходце», «Охоте на волков» герои ролевые, а в «Райских яблоках», «Куполах», «Я из дела ушел» — лирические.

 

  И еще одно предварение, за очевидностью совсем короткое. Наблюдая положительного героя, мы постигаем эстетический идеал Владимира Высоцкого, его к нам проповедь. Или — О ЧЕМ ПОЕТ ВЫСОЦКИЙ.

 

 

  Казалось бы, наиболее далеки от всего положительного ранние песни Владимира Высоцкого. Но тем не менее обратимся сначала к ним. Истоки всегда интересны.

 

  Так уж получилось (здесь не место разбираться, почему), что ранние песни населены либо уголовниками, либо ребятами «на грани». А все-таки многие из них нам симпатичны. Чем? Присмотримся к нескольким конкретным песням.

 

  «Нам вчера прислали из рук вон плохую весть...» Какой-то непутевый Алеха погиб в пьяной поножовщине. Куда уж дальше от положительного героя! Согласимся, но поглядим. Высоцкий делает градацию. Убила — «сволота». Это определение не поясняется. Поясняется Алеха. Парень погружен в жизнь своего окружения: есть ребята, есть Надя, есть фарт, есть драки, есть гудеж... Но и ножом в спину — не он, а ему. И Надюху — не «шалавой», но женой видит. И что-то буравит в его душе дырки, а он бережет душу — латает. А перед самой свадьбой взял да и ввязался в поножовщину — со СВОЛОТОЙ. Повторю: положительного героя здесь нет — безусловно. Но верно и то, что весть об Алехиной смерти — «из рук вон плохая». В чем же, по автору, ценность потери? Да именно он, Алеха, и есть эта ценность — какой уродился, естественный, весь в эту жизнь погруженный, но не сносимый ею ВНИЗ. ДАН пока только материал, человеческий материал, из которого Высоцкий положил делать своих героев.

 

  «Помню, я однажды и в очко, и в стос играл...» — Здесь случай совсем черный. Герой проигрывает в карты «двух сук из зоны», но убивает выигравшего. Тип скорее всего просто отрицательный, но в песне заявлена шкала ценностей, к которой стоит присмотреться. Просто так, из азарта, поставить на карту две жизни, пусть даже доброго слова не стоящие, — грех, по Высоцкому, тяжелейший из возможных. Герой — прожженый и матерый — потрясен необходимостью отдать ТАКОЙ долг. И не отдает. Характерно, что даже самого слова «убить» он так и не произносит: он «прибирает» шулера, поскольку в такой ситуации уже «делать было нечего». Это поступок. Но почему же, защищая право на жизнь «этих двух», герой (и автор) отказывает в защите удачливому игроку? А потому что он — «взявший меч». Решая с легкостью чужие жизни, будь готов, что кто-то решит и твою. Эту истину и подтверждает поступок отрицательного героя, блеснувшего вдруг самой яркой человечностью.

 

  «В наш тесный круг не каждый попадал...» Герой приводит в «малину», вероятно, оперативника, и назавтра всех их берут. Очевидно, за дело. Но готовность героя взять вину на себя и отвечать за нее по самым высоким меркам — мужественна. И это опять-таки положительность; насколько она возможна в данной ситуации и в этом человеке.

 

  «Так оно и есть...» Герой, возвратившись из заключения, смотрит вокруг и видит:

   Бродят толпы людей,

на людей не похожих —

   равнодушных, слепых.

   Я заглядывал в черные

лица прохожих —

   ни своих, ни чужих.

 

  Здесь важна не правота вывода, а его мотивировка, ЗАПРОС. Почему на людей не похожи? — потому что равнодушны, с никакими лицами.

 

  Ограничимся названными песнями и сведем наши наблюдения.

 

  Ясно, что полных положительных героев, т. е. «носителей эстетического идеала автора», в ранних песнях нет. Налицо «только» положительные поступки. Таким образом заявляется некая промежуточная категория: положительный герой отрицательного мира. Отсюда и самый термин «идеал» применять еще рано, уместнее здесь понятие «положительность». Что же включает в себя эта положительность ранних песен?

 

  Прежде всего, сознание уникальности и самоценности каждой отдельной человеческой жизни. С этим сознанием ни сам поэт, ни его герои не расстанутся и в дальнейшем. Далее. Место в жизни, достойное героя: не над жизнью, не под и не в стороне, а в самом ее котле. Другого места его герои уже не займут. Далее. Ценность личности определяется ее активностью, выраженной в поступке. И это, пожалуй, самое главное. Высоцкий не связывает положительность героя с безупречной биографией, только с поступком. Тем самым утверждается человек ПРОЯВЛЯЮЩИЙСЯ, человек-деятель. Тем самым положительность по Высоцкому, хоть и требовательна, зато доступна каждому. Она ДЕМОКРАТИЧНА. Здесь интересен сам способ, каким представляет Высоцкий своих щербленых героев. Поэт не признает раз и навсегда установленных мерок для оценки своих героев.

 

  Шкала ценностей движется, становится относительной. Способ рискованный, что и говорить. В результате же нуль-отметка моральной шкалы устанавливается на средний уровень окружения, среды, с которой герой связан всей предшествующей жизнью. Операция, спорная в моральном плане, но за ней справедливость индивидуального подхода! За ней трезвый взгляд на реалии жизни! Героям дается возможность подняться выше, и они поднимаются! Высоцкий поет ПОДНИМАЮЩЕГОСЯ человека. Тут, кстати, и ответ на обвинения поэту в идеализации преступного мира. Ясно, что, работая в манере автопортрета, автор не может, не греша против художественности, выносить прямые осуждения.

 

  И нужно просто понимать эстетику Высоцкого — эстетику движения, поступка. Если персонаж в сюжете не двинулся, не развился, не приподнял себя хоть немного вверх, — суди сам, слушатель, хорошо это или плохо. Иногда этот вызов к решению делается с некоторым даже лукавством. К примеру, в песне «Я в деле...». Персонаж, полностью обрисовавшись, предлагает слушателю себя в компанию — выпить и поболтать, а не то... Возможно, кто-то мысленно и соблазнится таким обществом и такой программой, но причем здесь оценка Высоцкого?..

 

  С годами герой Высоцкого изменился. Вернее, сменился. Если персонаж раннего этапа только ЗАДАВАЛСЯ ВОПРОСАМИ, важными для самого автора, и был стихийным, немотивирующим носителем положительности, то на смену ему пришел прямой и неслучайный носитель АВТОРСКОГО ИДЕАЛА. Сразу нужно отметить, что смены вех не произошло. Золотые крупинки, проблескивавшие в рудных характерах лихих ребят, обрели полновесность самородков. Сравним: «решил я: что ж, / меня так просто не возьмешь» и «и мне вышел «мессер» навстречу./ Прощай! Я приму его в лоб!»; «Зачем же быть душою общества,/ когда души в ем вовсе нет?» и «И из смрада, где косо висят образа,/ я башку очертя гнал, забросивши кнут»; «так возьмите же вы Мишку на поруки» и «Разомкните ряды — все же вы корабли! / Все нам хватит воды, всем нам хватит земли»... Хотя это, конечно, не просто количественный прирост. Если поначалу герой в более-менее случайных ситуациях ВДРУГ обнаруживал лучшие черты своего характера, то отныне характер стал закладываться изначально и уже сам предопределял ситуацию и выход из нее: «Я должен первым быть на горизонте!», «Спины не гнул — прямым ходил...», «Я кругом и навечно виноват перед теми,/ с кем сегодня встречаться я почел бы за честь», «но если надо выбирать — и выбор труден,/ мы выбираем «деревянные костюмы» — люди!..», «а моя толчковая — правая!» Произошло как бы укрупнение плана, положительность заполнила «весь кадр» и испытывается (утверждаясь) автором в ситуациях «большой» жизни. То есть, положительный герой Высоцкого явился вполне.

 

   Военные песни— наиболее известный, наиболее публикуемый и наиболее бесспорный цикл Высоцкого. Посему отпадает необходимость повторять уже высказывавшиеся и справедливые оценки. Отмечу лишь некоторые моменты. Прежде всего, останавливает наше внимание то, с какой легкостью делают герои свой выбор — и это перед лицом самой смерти!

 

   «...Стою спиною к строю./ Только добровольцы — шаг вперед./ Нужно пронести разведку боем.»; «...сказали: «Умрите геройски!»/ Попробуем, ладно...»; «...Расклад перед боем/ не наш, но мы будем играть». Никаких указаний на муки и сложность выбора. Никаких следов внутренней (и такой уместной, казалось бы) борьбы. Даже в песне «В дорогу, живо!», где герой вроде бы медлит, взвешивая свое положение: «Нам предложили выход из войны./ Но вот какую заломили цену: /мы к долгой жизни приговорены — / через вину, через позор, через измену». ТАК сформулированная дилемма равнозначна уже принятому решению. Значит ли это, что герои плоски, однокрасочны, не развиты до понимания ценности и единственности жизни? Нет! Высоцкий поет людей, УЖЕ ВЫБРАВШИХ. Выбравших долг, честь, справедливость. Выбравших когда-то давно, в начале, в юности своей, может быть, в тех самых дворовых стычках. И именно из понимания уникальности каждой отдельной жизни Высоцкий решительно отрицает растянутый — на годы и жизнь — выбор. «Мой путь один, всего один, ребята./ Мне выбора, по счастью, не дано».

 

   В прямой связи со сказанным находится и тот факт, что мотив СВОБОДЫ, столь дорогой лирическому герою ДРУГИХ песен, в военных песнях просто снят.

 

   Высоцкий не расцвечивает своих фронтовых героев яркой положительностью — «Он не вернулся из боя», к примеру. О герое песни «Тот, который не стрелял» мы вообще только и знаем, что — «не стрелял». Но сама гибель с оружием в руках — по автору и для нас — знак решительный и исчерпывающий. Зачем же Высоцкий создавал эти военные песни? Чем связывал их героев со слушателями-современниками? Думаю, на вопросы эти можно ответить с определенностью. Связь эта, скорее всего, мыслилась поэту как отношения нравственного образца, эталона и людей, в нем нуждающихся.

 

   Иными словами, в военных песнях появились герои, положительные уже в авторском смысле. Все — от «Штрафных батальонов» до «Их восемь — нас двое».

 

   Современные герои Высоцкого идут дальше заявленного в военных песнях эталона. Вообще говоря, не оставляет меня впечатление, что положительный герой Высоцкого — это несколько продленная жизнь одного человека: дворовая юность, фронтовая молодость и зрелость, по времени совпадающая с зрелостью самого поэта. Единая логика развития характера под единожды выбранным знаменем. Что же прибавилось в герое наших дней?

 

   Прежде всего — память. Нельзя сказать, правда, что это совершенно новая черта. Гибнущий летчик-истребитель, в духе исконно-культурной традиции, видит свой переход в вышние хранители: помнится и владычество «начальника Березкина». Но появляется качественно другая память. Память войны. Память позитивная, память как нравственная опора, память как контекст человеческой жизни, память ПРОДОЛЖАТЕЛЯ: «Воронками изрытые поля/ не позабудь и оглянись во гневе...»; «До сих пор это нервы щекочет,/ но садились мы, на бок кренясь...». Подкрепляя утверждение цитатами, следует указать на одну особенность творчества Высоцкого (наблюдаемую, впрочем, у многих художников). Герои разных песен незримыми путями сообщаются друг с другом. Если об одном сказано: «Он садился на брюхо,/ но не ползал на нем», то эта же черта совершенно отчетливо видится в героях «Белого безмолвия», например, или «Черного золота», или в «Прыгуне в высоту», хотя словесно в этих песнях она не выражена. Фамильное, так сказать, сходство...

 

   Следующее, на чём упорно настаивает Высоцкий в своих героях — высочайший профессионализм, полная отдача в деле. Качество, в сравнении с фронтовиками, новое. Те, хотя и «воевали делово», но свою «грубую работу» ОПРАВДЫВАЛИ: «мне хочется верить...». Современники работой ГОРДЯТСЯ. Будь то цирковой канатоходец, летчик-испытатель, старатель, полярник, автогонщик или шофер просто. И даже вожак волчьей стаи. Все они живут и исполняют свои обязанности.

 

   Обязательно учитывая только что сказанное, следует рассмотреть крайне важную проблему. Герой Высоцкого — индивидуалист или коллективист? За первое, вроде, данных больше — что делать? Мы привыкли индивидуализм осуждать и без прилагательного «буржуазный» его не употребляем. Но что делать, если наше знаменитое единодушие медленно, но верно оборачивается равнодушием, и, далее, бездушием? Если самый коллектив — по определению, группа ЛИЧНОСТЕЙ — обезличивается дотла? Если некому поручить, не на кого понадеяться, не с кем встать спиной к спине? Если слова Маяковского «Единица— вздор, единица— ноль» вывели из контекста мысли и времени и превратили их в идеологическую дубину по головам? Если переродившиеся коллективы противопоставляют себя личности?.. Ведь именно в этих условиях Высоцкий заговорил о том, что может и обязан один человек. Герои Высоцкого — единоборцы и поединщики — рассчитывают на себя и только на себя, в крайнем случае, на друга — такую же личность рядом. И все-таки индивидуалистов из них не получается. По нескольким причиним. Прежде всего, ни малейшей личной корысти в ЦЕЛИ их действий; цель общественно опосредована, цель — дело. Далее. Герой утверждается в единоборстве либо со стихией, либо с объективными обстоятельствами, либо с пакостью, весьма мало персонифицированной. Поэтому в победе героя нет поражения ДРУГОЙ ЛИЧНОСТИ. Личность возвышается, не унижая, не «за счет». А что останется от индивидуалиста без эгоизма и поверженных сзади? Активная жизненная позиция.

 

   Но наряду с героями-одиночками существует у Высоцкого и такой феномен: коллективный герой. Герой — моряки, все. Герой — альпинисты, тоже все. Герой — летчики. Принадлежность к одной из этих общностей для Высоцкого — заведомая и несомненная характеристика. Потому что люди в этих общностях живут по святым законам долга, чести, взаимопомощи, короче — братства. Диалектика проста: возвышая личность, выправляем скосившиеся отношения людей, подчиняя отношения первородным человеческим законам, формируем человека, сознающего свое звание. Это бы еще понять всем...

 

   Кажется, вершинный образ положительного героя создан Высоцким в песне «Я еще не в угаре». Но обратимся к этой песне не для дифирамбов действительно колоссальной фигуре, а чтобы коснуться еще одной проблемы, пожалуй, острейшей к концу нашего века: техника и человек. Чья возьмет? Управляем ли джинн вне бутылки? «Кто раб, кто король?» Для Высоцкого и его героя это вообще не вопрос. Человек и только человек. И не в легкомыслии дан этот ответ. Да, машина — овеществленный концентрат мощного и человеческого же интеллекта. Да, она страшна и непредсказуема. Но с отъятой душой и с отъятой памятью она лишена единственного и вечного перевеса, с которым человек побеждал и побеждать будет. Самая совершенная мысль, если она бездуховна, побеждаема. Так по Высоцкому.

 

   Конечно, данная работа не претендует на всестороннюю обрисовку положительного героя Владимира Высоцкого. Вне рассмотрения остались многие значительные и замечательно живые черты. Здесь же предполагалось указать на главные, краеугольные качества, без которых герой Высоцкого просто невозможен. Качества, характеризующие эстетический идеал поэта. Осталось лишь соотнести образы положительных героев со временем и обществом, их породившим. Нужен ли был (и нужен ли сейчас) человек-деятель, человек поступка? А как было (и есть) с желанием отвечать за все и полностью? А кто мы и что мы — помнили? Долгу соответствовали? честь хранили? Нужно ли было ставить перед современниками такого героя, какого предложил, ПРОПОВЕДОВАЛ Высоцкий? Ответ один: острейше нужно, как воздух. И если возражений нет, то давайте ценить не только ОТПОВЕДЬ Высоцкого, но и ценить и слышать его ПРОПОВЕДЬ.

 

                                                                                                                                       1987 г.

 

Реклама
Главная   ::   Галерея   ::   История   ::   Культура   ::   МУЗЕЙ   ::   Общество   ::   Отдых   ::   Политика   ::   Природа   ::   Происшествия   ::   Спорт   ::   Экономика   ::   ВЫСОЦКИЙ   ::   «ИСКРЫ»   ::   БИБЛИОТЕЧКА «1Ф»   ::   КОНТАКТЫ   ::